Поющие мертвецы Такла-Макана

Это был шок! Когда археологи раскопали древний могильник, они увидели, что рты мумий застыли в крике.

Их тела сохранились лучше, чем мумии египетских фараонов: благодаря исключительно сухому воздуху, а также тому обстоятельству, что могилы были вырыты в соляной почве, которая ускоряет процесс высушивания и убивает микроорганизмы. Мумификация в Урумчи произошла 4 тысячи лет назад совершенно случайно. Те тела, которые хоронили в песчанной пустыне в зимнее время, замерзали, а затем высушивались до того, как начинали разлагаться. Умерших помещали в гробы без днища и крышки, и благодаря свободной циркуляции воздуха останки избежали тлена. Трупы же, преданные земле в жаркое время года, превратились в скелеты.

Когда в 80-х годах ХХ века китайские археологи начали исследовать южный участок бассейна реки Тарим - обширный негостеприимный пустынный регион, по краю которого некогда проходил Великий Шелковый путь, - они обнаружили захоронения, относящиеся ко второму тысячелетию до нашей эры. Мумифицированные тела были найдены в самой засушливой и просоленной части Центральной Азии - пустыне Такла-Макан Китайского Туркестана (Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР), в окрестностях городов Черчен и Лоулань.

Тела были одеты в яркие наряды, которые не истлели и не выцвели за прошедшие тысячелетия. Находки были перенесены в Провинциальный музей города Урумчи, где присоединились к еще нескольким мумиям, найденным в этом регионе. Однако лишь в конце ХХ века мумии Урумчи стали известны научному миру. Специалисты отметили, что найденные тела принадлежали к европеоидной, а не к монголоидной расе. Более того, мертвецы отличались высоким ростом - около 180 сантиметров. Кем были эти люди? Откуда они пришли? Как им удалось выжить в суровом климате пустыни? И что же особенного в черченских мумиях?

К числу черченских мумий относится "Черченский мужчина", три "кричащих", или "поющих", женщины и трехмесячный младенец, лежащий на подушке из белой овечьей шерсти и обернутый в прекрасную коричневую материю, обвязанную красными и синими шнурами. Ребенка похоронили с "бутылочкой" из коровьего рога и, наверное, с самой древней в истории соской из овечьего вымени; на глазах у него - синие камни. "Черченский мужчина" светлолиц; слегка вьющиеся русые волосы заплетены в две спускающиеся на плечи косы - не из трех, как некогда у китайцев, а из двух прядей. Легкая седина показывает, что умершему было за 50 лет. Он отличался завидным ростом - под два метра - и нехарактерным для азиатов крупным носом. По сумме внешних признаков черченский человек - индоевропеец. Челюсть мужчины была аккуратно подвязана, поэтому в его облике нет ничего необычного; подвязки же на головах женщин ослабли, и их лица приобрели вид поющих или кричащих.

Тело высокой женщины из того же захоронения также не подверглось тлену. Ее европеоидное лицо сохранило следы косметики, в русые волосы добавлено по две пряди чужих волос для придания прическе пышности. Интересно, что черченский мужчина был похоронен с десятью головными уборами, каждый из которых был выполнен в своем стиле; один из них похож на фригийский колпак. Из лоуланьских мумий выделяется "Лоуланьская красавица" - лицо молодой женщины столь прекрасно, что уйгуры называют ее своей "спящей красавицей", хотя антропологически она далека от тюркского и ханьского типов. В ее захоронении были найдены семена пшеницы в плотной тканной сумке, а на груди покойной - решето. Шерстяная ткань из Лоулани не так красочна, как черченская, но по узорам и рисунку плетения не менее впечатляюща: материя, из которой изготовлена одежда, по расцветке и орнаменту напоминает кельтскую шотландку. Эти люди были той же расы, что и черченцы. Вероятно, что народ, к которому принадлежали черченские мумии, говорил на одном из индоевропейских языков.