Беспорядки в Узбекистане – угроза для России
Автор: INOPRESSA.RU (editors@inopressa.ru)
Дата публикации: 24/07/2005
Категория: Новости
Версия для печати
"Узбекистан является для России тем же, чем Мексика для США", – сказала
мне профессор российской политики Елизавета Исаева, когда мы гуляли по Арбату.
"США не могут контролировать свою южную границу с Мексикой, точно так
же победа исламских радикалов в Узбекистане, в сочетании с чеченской проблемой,
создадут неконтролируемую исламскую угрозу для России, – продолжала она. – Как
бы американцам понравилось, если бы на мексиканской границе возник новый Че
Гевара?"
13 мая правительство президента Узбекистана Ислама Каримова подавило мятеж
в северном городе Андижан. Правозащитные организации утверждают, что узбекские
спецслужбы в ходе "расправы" убили около 1 тыс. человек, но власти
в Ташкенте отвергают эти данные.
Под давлением правозащитных организаций НАТО, Европейский союз, ООН, а раньше
всех США призвали провести независимое международное расследование событий в
Андижане. Российский министр обороны Сергей Иванов выступил против такого разбирательства,
а затем американо-российское соглашение блокировало все призывы к правозащитному
расследованию. Администрация Буша, занятая событиями в Афганистане и Ираке,
не хочет брать на себя непосильную задачу в Узбекистане.
Но взрывоопасность узбекской ситуации подчеркнули события 3 июня, когда сообщения
разведки о готовящемся нападении на израильское и американское посольства в
Ташкенте привели к эвакуации почти всех сотрудников.
Каримов, разгневанный возможностью американского вмешательства во внутренние
дела Узбекистана, ответил тем, что ограничил использование американцами авиабазы
в Карши-Ханабаде, с которой осуществлялась тыловая поддержка военных операций
против "Талибана" и "Аль-Каиды" в Афганистане.
Решив не усугублять споры великих держав из-за Узбекистана, США перенесли полеты
из Карши-Ханабада в аэропорты соседней Киргизии.
Мусульмане составляют 88% населения Узбекистана, численность которого 26 млн
человек, и страну считают питательной средой для исламских террористических
группировок. США обнаружили в Узбекистане четыре террористических организации:
"Аль-Каиду", Исламское движение Узбекистана, Исламский джихад и Исламское
движение восточного Туркестана. К ним можно добавить пятую, "Хизб ут-Тахрир"
– Партию освобождения, которая выступает за создание исламского халифата в Ташкенте.
"Америку отделяют от мусульманского мира океаны, а Россия сидит на вулкане,
– отметила Исаева. – Россия находится к северу от большей части мусульманского
мира, 300 миллионов мусульман – у нас на южной границе".
В Центральной Азии соперничают друг с другом четыре крупных игрока: США, Узбекистан,
Россия и Китай. Сегодня Центральная Азия стала полем дипломатической битвы великих
держав и вновь вышла на авансцену истории. Это региональное повторение холодной
войны.
Дипломатия Вашингтона в Узбекистане противоречива.
С одной стороны, после 11 сентября узбекские власти разрешили США создать военную
базу на их территории. Эта база не только играет важную роль в войнах в Афганистане
и Ираке, но и позволяет американским силам находиться у границ России и Китая.
База в Узбекистане является важным звеном в окружении России и Китая, у американцев
есть база и в Киргизии, и не в интересах США перекрывать себе доступ к этим
активам.
С другой стороны, Каримов является автократом советского толка и препятствует
стремлению Буша к демократизации мира. Но США не могут предпринять активные
действия, направленные на свержение клона КГБ, так как его уход может привести
к власти правительство исламских фундаменталистов. Поскольку 88% узбеков мусульмане
и в стране активно действуют пять радикальных группировок, американские попытки
демократизировать эту страну могут привести к появлению антиамериканского радикального
правительства у северной границы Афганистана.
Помимо прочего, Вашингтону необходимо избегать возрождения советско-китайского
альянса времен холодной войны. Они не должны делать в Узбекистане ничего такого,
что могло бы воскресить этот альянс.
Количество возможностей, имеющихся в распоряжении Каримова, резко сократилось
в результате волнений в Грузии, на Украине и в Киргизии. Народные восстания
в этих постсоветских республиках привели к свержению авторитарных правительств,
и Каримов боится, что дрейф влево, отход от его гегемонии в конце концов приведет
к его уходу от власти.
Естественно, он дрейфует вправо, к укреплению партнерства с Россией. Общие
страхи, масштабы радикального ислама объединяют российского президента Владимира
Путина и Каримова. В то время как Путин чувствует угрозу со стороны ислама вдоль
всей границы с Центральной Азией и в Чечне, Каримову грозит переворот, устроенный
"Аль-Каидой" в Ташкенте.
Российская позиция по отношению к беспорядком в Узбекистане продиктована не
только страхом перед исламской экспансией, но и паникой, связанной с американским
окружением. Американские военные объекты в Узбекистане и Киргизии делают центр
России уязвимым для американских воздушных налетов.
В Центральной Азии разворачивается российская версия Карибского кризиса.
Американо-узбекские договоренности усиливают обеспокоенность России расширением
НАТО на восток. Россия не просто потеряла свою империю в Восточной Европе, НАТО
двинулось на восток, включив в альянс страны Балтии – Эстонию, Латвию и Литву.
Помимо этого, Украина при президенте Ющенко проявляет заинтересованность во
вступлении в Европейский союз и НАТО. Если это произойдет, войска НАТО на украино-российской
границе окажутся в 500 милях от Москвы.
Что касается Китая, то его беспокоит не НАТО, а американские базы в Узбекистане
и Киргизии. Американские самолеты, развернутые в Центральной Азии, находятся
лишь в 1,5 тыс. миль от Пекина, примерно в трех часах полета.
У Китая есть своя проблема радикального ислама. В западной провинции Синцзянь,
граничащей с Киргизией, живут уйгуры. Уйгуры говорят на тюркском языке, являются
этническими тюрками и исповедуют ислам. Пекин тоже испытывает комплекс Че Гевары,
поскольку ему необходимо предотвратить отделение уйгуров от конфуцианского Китая
и их объединение с исламской Киргизией.
Исламский сепаратизм и проникновение американцев в Центральную Азию воскрешают
советско-китайский альянс времен холодной войны. Советского Союза не существует,
Центральная Азия распалась, а призрак единства СССР и Китая восстал из мертвых
после 11 сентября.
Общая цель по предотвращению сепаратистского исламского движения побудила Россию
и Китай создать Шанхайскую организацию сотрудничества, в которую входят четыре
бывших советских республики: Таджикистан, Киргизия, Казахстан и Узбекистан.
Главную роль в ШОС играют Китай и Россия, а задача альянса – развитие сотрудничества
в целях укрепления собственной безопасности и ограничения американского влияния
в регионе.
Американское телевидение скрывает китайско-российский альянс от общественности.
По воле имиджмейкеров освещение празднования 60-летия окончания Второй мировой
войны в России представило Буша как борца за демократию. Хотя Россия возражала,
Буш выступил в Латвии и Грузии, заявив, что эти страны больше не должны подвергаться
оккупации, имея в виду гегемонию России.
Но как только Буш уехал из России, CNN забыл о событии.
"Американцы не увидели эффектной акции, организованной Путиным, – заявила
Исаева. – Как только Буш сел в самолет, президент Путин встретился с президентом
Китая Ху Цзиньтао".
"Сегодня политика – это театр, – продолжала она. – Когда Путин и Ху обменивались
рукопожатиями на экранах телевизоров в Пекине и Москве, это был сигнал, что
истинным результатом празднования является китайско-российская дружба".
Исламский фундаментализм создает общность интересов России и Китая в Узбекистане.
После бойни, устроенной в Андижане 13 мая Каримов полетел в Пекин искать союзников.
Во время этого визита китайский министр иностранных дел заявил ему, что Пекин
"поддерживает усилия властей Узбекистана, борющихся против терроризма,
сепаратизма и экстремизма".
Норман Левин
Статьи по теме:
Проблемы уйгуров в Центральной Азии. 'Революция тюльпанов' - предупреждение Китаю. Никаких шансов для оппозиции в Средней Азии
