Оборванная лента

Вся группа туристов с вниманием слушала молодого гида, его рассказ задевал каждого и вот он закончив историю этого древнего города предложил нам погулять по базару, который знаменитый на весь мир коврами, головным убором и натуральным шелком. Я немного отстала от группы и пошла обратно, еще не доезжая до города, я заметила каменную глыбу и приросшей к ней шалаш из камыша.

Выбежав на дорогу, я остановила бричку, на которой сидел старик в яркой тюбетейке. Он широко улыбнулся мне от того, как я не уклюжа забираюсь на бричку. Старик стал расспрашивать меня от куда я, и был удивлен, что через 40 лет я приехала к себе на Родину и разъезжаю по всем городам. Я попросила его остановится возле горы. Старик спросил: Что хранительницу Зибяйды ищешь? Тебе повезло, она еще жива.

Поблагодарив старика, я пошла по пыльной тропинке к горе. Приближаясь к шалашу, я услышала знакомую песню, которую пела в полголоса пожилая женщина. Она сидела ко мне боком в белом платке, ее былая красота сохранилась на загорелом лице, она пела увлеченная работой. Ёе руки умело резали дыню на небольшие кусочки и кидали на крышу шалаша, и вдруг я вспомнила свою бабушку в моем детстве, она также сушила дыню, и этот дурящий сладкий запах дыни невозвратимого воспоминания нахлынул, и слезы навернулись на глаза. В эту минуту мне так захотелось обнять эту женщину.

Постояв в нерешительности, несколько минут, я поздоровалась, низко клонясь, она смотрела на меня как на наваждение, а потом, поблагодарив за поклон, предложила мне сесть и начала накрывать на низкий стол. Она все время внимательно разглядывала меня своими серыми глазами и суетилась, понимая, что я не надолго. Я ждала сегодня гостя сказала она, т.к я во сне сегодня яблоки собирала, вот и сон на руку, ты заглянула ко мне. Не смотри доченька все время на часы, посиди со старухой немного, сказала она, вытирая концом платка свои влажные глаза.

Душистый чай с наватом и лепешками растворило меня во времени, я забыла обо всем. Мы сидели с ней, как две души тоскующие по родным и близким, как все это было мне знакомо. После чая, она разрезала желтую, как янтарь дыню и протянула мне длинный кусок с сочной мякотью, с которой сочился сок на мои руки. Немного погодя, я начала расспрашивать ее. "А что за гора? Почему она стоит так не естественно, словно оборванная лента, и что это за иероглифы на ней?"

Мы подошли к камню поближе, и только теперь я увидела на камне лицо девушки очень похожую на эту женщину. Она поняла мое недоумение и сказала:" Да, да, это Зибяйда- моя прабабушка, я последняя из ее рода. А на камне написано сказание о Зибяйды, которое передавалось всем родным из уст в уста. После меня никто не узнает о ней, ведь я последняя хранительница Зибяйды." Я вглядывалась в портрет девушки: на ее открытый лоб, прямой нос, припухлые губы и толсто заплетенные косы откинутые назад. Эта девушка больше напоминала воина перед боем, ее большие глаза смотрели вдаль, а рядом с портретом в столбик были написаны строки на незнакомом мне языке. Женщина нежно прикоснулась ладонью к лицу девушки на камне и тихо начала говорить сказание о Зибяйды, что сохранила она в своей памяти. Я торопливо успела включить диктофон, ее голос полился как тоскливая песня о прошлом.

Землею богатой славились мы
В недрах ее золотые ручьи:
Алмазы, рубины, чернеет смола,
Это наших предков уйгуров земля.
Под тень виноградника песня слышна
Звуки дутары бескрайны поля.
Непрошеным гостем пришел к нам дракон
Богатстве земли завидовал он
Свободный народ в неволю попал.
Горе и слезы затмили луну,
Небеснное светило нас не спасло
Придет свобода, верили мы
Гибли героии с мечтою в груди.
Искра взлетела с большого костра
К нам из народа пришла Зибайда.
Против дракона ее речи лились
Народ за свободу в одну реку слились.
Дракон испугался вспышки костра,
В темницу попала герой-Зибайда.
Свободной птице в не воли не жить,
Песнь о свободе не знает границ.
Народ не забудет тебя Зибайда,
Ты за нашу свободу ушла навсегда.
На камне записаны клятвы твои:
"Верь мой народ не потухнет искра,
Придет совобода в наши края!"

Она замолчала, и тихо стала молиться за всех, кто покинул этот мир мечтая увидеть нашу землю свободной. Женщина взяла мои руки, и сказала: "Ты слышишь биение моего сердце, оно бьется, еще надеясь увидеть свободу, если сможешь, помоги сохранить и спасти нас от них. Это нужно для вас и для ваших детей, детей великого народа обреченных молчать.

Нурбанум Мяшряп